Анна Каретникова бьёт тревогу: в московском СИЗО №3 созданы совершенно невыносимые условия для обвиняемых

0000004

Анна Каретникова: Прошу о максимальном распространении информации!

Вы знаете, при последнем нашем разговоре и.о. начальника СИЗО-3 Макаров сказал нам, что по обозначенным нами направлениям ситуация разрешится, даст Бог, за неделю. Но следующую неделю он проведет в командировке. Мы надеялись, конечно же, мы дали две недели, а не одну. Правда, впоследствии нам подсказали, что откмандировывался товарищ подполковник недалеко. Ездил на Житную улицу утверждаться уже в качестве начальника СИЗО. Которое мы сегодня наконец посетили. И поняли, что посетить его надо не только нам. И что слезы женщин - это еще не самое страшное, что может быть. Не увидеть бы слез мужчин...
"Приходи на меня посмотреть..." (с) ФСИН России, УФСИН по Москве, прокуратура! Я позвала бы журналистов, общественность, представителей ЕКПП, всех, кто борется с пытками в стране и в мире... да кто же пустит? Но бумага всё стерпит...

Вы приходИте, приходИте посмотреть на эти страшные задыхающиеся сборные боксы, где воздуха практически нет, где сидят уже пять часов голодные люди, а у некоторых уже нет сил сидеть, они полушепотом зовут врача, чтоб попросить что-нибудь от сердца, и им не открывают даже кормовые форточки. Сотрудник на нашу просьбу поясняет: а вдруг они ффыыыть! из одной форточки в другую веревку бросят? Коллега: но боксы ведь рядом, на одной линии! Сотрудник воспитательного отдела: ох, да вы их просто не знаете! В нашем деле главное - безопасность! Мы: послушайте, но это сборка, в коридоре постоянно трое-пятеро сотрудников полиции! Да откройте форточку! Люди задыхаются! Там - хуже сауны! (да, Алла Яковлевна почти две недели назад была шокирована этими боксами. Не изменилось ни-че-го). Форточку сотрудник в итоге открытой так и не оставил. "Пусть помрут, но безопасно..." - тихо выдохнул Сергей Егорович.

...Вы приходИте посмотреть на это "оказание медицинской помощи", когда выходит из недр темной (лампы не горят) камеры арестант и говорит: вы записываете меня в седьмой раз. Зачем вы приходите? Зачем вы записываете? И мы, лишь бы чтоб объяснить: понимаете... в других централах мы приходим раз... от силы - два... И людям - помогают! И только в третьем мы ходим по кругу как белка в колесе, но мы бессильны сделать так, чтоб вам оказали помощь. Больше с нами нет и врача. Доктор уволился, а это был не худший доктор. Хотите, мы перестанем приходить? Нет, - качает головой арестант. - Вы же не только проветриваете камеру. Вы всё-таки даете надежду. И кто-то будет знать, если с нами что-то случится... что мы писали... мы обращались, мы просили!.. они ведь скажут, что мы умерли молча...

...Вы приходИте посмотреть на эти журналы учета заявлений, в которых не учитываются никакие заявления, камеры кричат: ОНИ НЕ ПРИНОСЯТ ЖУРНАЛЫ! ДА СКАЖИТЕ ИМ, ЧТО МЫ ВСЁ ЗНАЕМ! Первая роспись за подачу заявления, вторая - за результат! Мы - ЗНАЕМ, но они не приносят всё равно. Им плевать на нас. Умрем в этих камерах без воздуха - им плевать. Но скажите и им, что мы не уважаем их. Нам тоже плевать на них. Мы просто хотели врача, и чтоб нам приносили эти проклятые журналы!..

Им не приносят. Это подтвердили сегодня все опрошенные нами многочисленные камеры. "Я писал 30 заявлений. Зарегистрировали одно". Ну и че? да, и за то одно - подделана подпись.

Люди пишут на начальника учреждения, чтоб пресек беспредел. В графе за результат: "разъяснен порядок". ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ? Что подполковник Макаров не примет их никогда? ЭТО им разъяснили? Арестованный, что вам разъяснили? Арестант: мне ничего не разъясняли. Я всё жду, когда меня примет начальник... Это - не моя подпись. Так он теперь не примет?

Он не дождется. Мы уже поняли, что он не дождется, пока подполковник Макаров утверждается на Житной. Неужели при таких обстоятельствах его возможно утвердить, ФСИН России? УФСИН по Москве? Вы действительно рекомендовали его на эту должность? Приезжайте посмотреть, что происходит тем временем в Пресне...

Упорно мне ретранслируют из разных источников слухи, что из Пресни вывезут 100 лишних человек... 200... 400.. уже 500... Это очень хорошо, болеем за нашу Пресню, но два вопроса: а куда их отвезут? Там, куда отвезут - руководство лучше? на него можно большую ответственность возложить? БОльшие тяготы? А второй вопрос - человек, который даже и не подумал об улучшениях сейчас, кто полностью проигнорировал наши рекомендации в сфере нашего мандата - законности в сфере соблюдения прав человека и посильного гуманизма - точно должен возглавлять один из семи изоляторов московского управления? Имя моё - никто, и звать меня никак, и не мне решать вопросы кадровой политики и советовать в них, - но у него, что ли, на Небе рука? У меня нет. У меня лишь один голос - свой, и еще, может, человек 15 членов ОНК Москвы, кто был в третьем и солидарен с нами, и - подавляющего большинства арестантов Пресни. Это - не хозяин. Это, на наш субъективный оценочный взгляд, - временщик. Ему всё равно, что после него.

Надо же... а показался сначала вдумчивым, интеллигентным человеком... Другие СИЗО, сотрудники, не молчите: разве не это я вам говорила?

Какая там благотворительная техника? а! ее нет вообще! Но свою позицию в этом вопросе он прояснил, да и не до того. Не до жиру, быть бы живу... Какие телевизоры, холодильники? Дайте воздуха и воды!

В нескольких камерах вопрос: так это что, война? Это он нам ее объявил? Передайте, что мы принимаем. Мы: тихо! сидеть, молчать, не выделываться! Если это война, то наша, а не ваша. Только мир, только социальный мир. Чтоб у вас были врачи... был воздух... вода... Поверьте нам и ФСИН в крайний раз. Подобное не должно оставаться без последствий. Быть может, нужно просто на это указать... просто увидеть... Мы попытаемся.

...Вы приходИте посмотреть на третий этаж здания, камеры, где по-прежнему нет холодной воды, на десять мест - двадцать человек. Без воздуха и воды. Месяц назад мы просили: что ж вы за люди... ДА КУПИТЕ И ПОСТАВЬТЕ НАСОСЫ НОВЫЕ! Мы просили направить на Пресню санитарного врача. И сегодня снова: воды нет. Как выжить нам? Без воздуха и воды человек не может жить. Они не сделали ничего.

В последней камере, где были мы, арестант долго молчал и вышел затем из недр. Он сказал: я правда долго молчал. Сейчас я хочу сказать: может, фашисты лучше содержали узников в своих концлагерях, чем в третьем изоляторе содержат нас. Как можно - в жару без воздуха и воды? Другой сказал: я работал на бойне, мясокомбинат. Даже у скота есть права, чтоб он получался после убоя вкусный. У нас прав нет. Вы можете написать об этом?

Я сказала: давайте на этом закончим посещение. Это было наиболее ёмкое и верное, что мы услышали сегодня. Сотрудники сказали: но это как-то слишком резко... не надо об этом писать.

Я прошу сохранить запись видеорегистратора, чтоб вы не обвинили нас в очернении типа "ради красного словца не пожалеет и отца". Я цитирую то, что прозвучало. Какое уж "администрация заботливая, жалоб нет!", когда кто сдержанней, кто истеричней, но ЛЮДИ КРИКОМ КРИЧАТ! Что за дело до того подполковнику Макарову, что уехал "в командировку" утверждаться на Житной? Отобрали у задыхающейся камеры вчера последний удлинитель, "переноску" для вентилятора... Я помню, Макаров говорил нам: раз я шнурки запрещаю, так че это я буду удлинители разрешать? Да просто чтоб им хватило воздуха, подполковник. Вы - любите дышать?

Завтра Гидромецентр обещал 32 градуса, приходят смс с предупреждениями: экстремальная жара, будьте осторожны. Вчера из камеры унесли удлинитель для вентилятора. Так пошутил подполковник Макаров.

Вы приезжайте, приезжайте на нас посмотреть. Вы видели зло? Хотите его увидеть? Оно тут, в Пресне. Где мы бессильны. И этот человек станет руководителем третьего московского изолятора? "Никудышний..." - шепчут в кулак коллеги, чтоб не услышали сотрудники СИЗО. Но сотрудники СИЗО-3 всё же слышат и, отключив регистраторы, кивают головами. Они - не ангелы, как и мы все, но они работали здесь долго, работали на земле, и их полукивки мы понимаем. "Скоро на пенсию, - говорят сотрудники. - Да гори тут всё... Пусть сам на себя орет, "начальник..."

ФСИН, УФСИН, прокуратура, люди, ВЫ СЛЫШИТЕ НАС?! Дело не только в том, что авариен изолятор. Здание. Дело в ущербности в мировосприятии, осознании проблем, местечковой самоуверенности и самонадеянности, пренебрежении нуждами и законными интересами еще не осужденных людей. Дело в том, что у них отняли воду и воздух. Руководитель - знал. Он сам делал это. И это - зло. Он... ПРАВДА БУДЕТ НАЧАЛЬНИКОМ ИЗОЛЯТОРА?

(по Воронежу собираем информацию помаленьку. Сигналы очень тревожные, но ждем подтверждений. Если подтвердится - молчать не будем).

Но это - зло. Редко ставлю вам о ЗЛЕ эту песенку. Нам не нужно подарков. Нам не нужно респекта и уважухи. Дайте людям воздуха и воды! ведь мы вас так просили на коленках... Вы не услышали, Макаров.

Authors

*

Top