Об участии УНА-УНСО в приднестровском конфликте

Про участие УНА-УНСО в данном конфликте молдавские источники упоминают лишь в скользь, упоминается лишь то что некоторое их количество участвовало в боевых действиях на стороне сепаратистов, но более подробной информации нету. Отвечая на эти вопросы, воспользуюсь ответами уже данными в этом сообществе людьми, лучше знающими ситуацию. Если верить Корчинскому, добровольцы УНА-УНСО приехали в Приднестровье для защиты украинцев от молдаван. Вот что он сам говорит по этому поводу в интервью сайту anvictory.org 25 ноября 2008 года: «Мы всегда считали Приднестровье украинской территорией. Остро стоял вопрос об объединении Молдавии и Румынии в единое государство. В Румынии украинское меньшинство традиционно подвергается дискриминации, поэтому мы выступили на стороне правительства ПМР. В 1992 году Союз Украинцев Приднестровья «Повернення» (возвращение) обратилась к нам с просьбой о военной помощи, и мы послали туда добровольческие отряды.». Стоит чуточку рассказать и про тех, кто их пригласил. Вот что про них говорит Мирчя Друк (премьер-министры РСС Молдова в период с 25 мая 1990 года по 28 мая 1992 года) в статье опубликованной Еленой Даниелян («Русское Слово, Нью Йорк) в газете «Цара» 27 октября 1992 года: «Тогда же закладывалась и «патриотическая» основа приднестровского конфликта. После первого визита в Приднестровье Владимира Жириновского, пообещавшего «стереть молдаван и литовцев с лица земли», в Тирасполе образовалось региональное отделение Либерально-демократической партии, которое возглавил активист «производственного движения» Александр Большаков-младший, зять председателя Совета директоров Анатолия Большакова. Через два года он внезапно станет украинским националистом, председателем Совета украинцев Приднестровья «Возвращение», который «поможет» боевикам Украинской национальной самообороны (УНСО) найти дорогу в приднестровские окопы, а Тираспольскому «правительству» – установить не очень громкие контакты с известными украинскими политическими деятелями и одновременно с сепаратистскими обществами «Русь» и «Новороссийск», ставящими целью отделение юго-восточных районов Украины. Создание «приднестровского лобби» в среде политиков, общественных деятелей и в прессе России и Украины – тема особая и заслуживает отдельной статьи». По разным данным в боях принимал участие отряд численностью от 80 до 150 человек, через конфликт прошло в общей сложности около 400 УНСОвцев. Основная часть УНСОвцев находилась на севере региона, где было относительно тихо и каких либо более – менее активных боевых действий не велось. Они занимались, в основном, охраной мостов и других стратегических объектов. Но часть из них побывала и в местах, где велись интенсивные боевые действия (пример село Кошница, которое находиться недалеко от Дубоссар и в боях за Бендеры). Привожу слова Корчинского: «В 1992 году, наконец-то, Бог послал нам войну в Приднестровье, которая в то время была нам крайне необходима. Это была тихая, домашняя, очень приятная война. Мы взяли под свою защиту украинцев Приднестровья. В боях под Кошицей одному унсовцу оторвало руку – это, пожалуй, единственная потеря с нашей стороны. Всего же в той войне, под моим руководством, успело поучаствовать около 150 человек». Другой УНСОвец в одном из интервью рассказывал: «Главная причина, по которой мы там воевали, — то, что это украинская земля: там целые села украинцев, школы, язык украинский считается одним из государственных в ПМР, — поясняет один из лидеров УНА-УНСО Игорь Мазур-Тополя. — И мы посчитали, что когда там война всего в 100 км от наших домов, погибают украинцы, а Кравчук как президент Украины и Министерство обороны ничего не делают, мы должны их защищать. Мы тогда наладили нормальные отношения с приднестровскими властями — у них не было какого-то предубеждения к нам, как в России. А всего через эту войну прошло около 400 наших и более 60 из них награждены медалями «Защитник Приднестровья». А тем, кто получил ранения, власти ПМР дали квартиры в Тирасполе, они там и сегодня живут с семьями и мы к ним иногда заезжаем». Рассказывая про взаимоотношения между представителями УНА-УНСО и добровольцами из РФ процитирую уже данные в сообществе ответы на похожие вопросы: «Самый известный пример – дружба с донскими казаками атамана Молодидова. После Приднестровья, в 93м, они даже приезжали в Киев и провели совместную акцию с унсовцами в Киево-Печерской Лавре (редкое фото 2). На Дону тогда была в ходу идея казачьей автономии. Думаю, понятно, почему это было интересно украинским националистам. Также они выступали в поддержку Молодидова во время очередного его ареста и издавали спецвыпуск своей газеты на русском языке, по задумке, для донских казаков. Это при том, что уже в Абхазии они были по разные стороны баррикад.» vk.com/wall-72326580_2866 и «Andreu Atamanchuk

Андрей, Было ли горизонтальное взаимодействие между отрядами русских и украинских добровольцев в Приднестровье? – насколько слышал от участников событий, то нет, не взаимодествовали, так как казачество было нацелено на присоединение ПМР к России, а УНСО видело вопрос иначе-в присоединении к Украине, частью которой они и было до Второй Мировой.

На бытовом уровне, что то может и было, но примеров не слышал, стороны друг друга не недолюбливали.» vk.com/ussrchaosss?w=wall-72326580_2538 . Так же председатель Комиссии по внешней политике ВС ПМР Дмитрий Соин отмечал: «среди добровольцев своей организованностью отличались ребята из УНА-УНСО. Прежде чем приехать к нам, они тщательно готовились. Все ребята физически крепкие, в добротном обмундировании. Я как раз под Кошницей вместе с ними находился на одном отрезке, и был такой примечательный эпизод в апреле, когда мы с походным атаманом ЧКВ Дригловым (погиб в Бендерах. — Авт.) поехали к ним разобраться, кто ведет огонь во время перемирия. Атаман им говорит: «Сниму с позиций, разоружу всех!». А они так смотрят на нас, удивляются: «А що нам ще робити? Мы сюди вбивати приїхали». Запомнил эту фразу. Они были достаточно активные, в чем-то агрессивные, и у них была задача обкатать как можно больше людей для последующих локальных войн и, конечно, попытаться вывезти как можно больше стрелкового оружия из зоны боевых действий. Но при этом объективно они воевали отчаянно, смело, и украинским добровольцам народ Приднестровья, конечно же, благодарен». Кстати, это единственный случай в конфликтах на постсоветском пространстве, когда УНА-УНСО была на одной стороне вместе с российскими казаками.». Про благодарность народа Приднестровья могу отметить лишь одно, официальными власти ПМР предпочитают замалчивать «вклад» членов УНСО в борьбу за «независимость» ПМР.

-LZAmQKlbnk

xuk7YPeHdyA

tEJyZxXBzDw

sSoRKHYnZZs

gCTvSuBOin8

zWSdGksaf2A

Источник: паблик

.